Главная » Статьи » НАША ПАМЯТЬ » АРКТУРИАНСКИЕ Связи

Арктурианский коридор. Шаг 14 – Истории Инициаций

 

Арктурианский коридор. Шаг 14 –

Истории Инициаций

История Инициации Матиа, Жрицы Дельфи

Дорогие,

Мы Арктурианцы, снова приветствуем вас в нашем Коридоре, чтобы поделиться историей другой Инициации. Сегодня с нами Матиа, готовая рассказать свою историю.

- Спасибо, дорогие Арктуриацы. Я бесконечно благодарна за возможность соотнести свою историю с великими Существами, которых я вижу перед собой, в этом Коридоре Света. Я, Матиа, не появлялась на физическом плане моей возлюбленной Богини, Гайи, многие Земные поколения. Однако мой Дух до сих пор выражен в форме, как и дух РаХоТепа. Для меня это честь продолжить его историю своей.

 

Прослушать аудиозапись:

 скачайте аудиофайлы по ссылке: Часть 1   Часть 2

 

 

 

Я родилась в «рубашке», и моя мать, посчитав это знамением, немедленно захотела узнать мою судьбу. Предсказатель сказал, что стану великим Оракулом, и что я должна быть отдана Богине на мой пятый день рождения. Моей матери также сказали об огромном выборе, которые я должна была сделать в 25 лет и навсегда изменить свою жизнь. Однако, моя мать умерла почти сразу, как привезла меня в Дельфи, и не успела сказать мне о решении, которое я должна принять. И моей единственной матерью стала Богиня, от которой я ждала бы наставлений и, возможно, сделала бы правильный выбор.

Когда я прибыла в пещеры Дельфи, мне поручили помогать убирать пещеры и приносить воду из колодца. В то время я заработала доверие своей наставницы, и круг моих обязанностей расширялся. Поначалу я помогала кормить людей, приходящих в Дельфи, чтобы узнать предсказания Оракулов, а потом, постепенно, мне поручали передавать сообщения от сановников к чиновникам Дельфи. Всё, что я делала, было внутри или рядом с пещерами.

Многие воспринимали пещеры как холодные и одинокие, но для меня темнота пещер была теплой и успокаивающей. Они стали для меня домом и матерью с пятилетнего возраста. У меня была лучшая подруга, Зулия. Мы всё делали вместе – ели, спали, работали, когда нам это удавалось. Неудивительно, что месячные у нас начались одновременно. Нам было по тринадцать и мы обе были так счастливы, что едва могли себя сдерживать, поскольку знали, что нам предстоит церемония перехода.

Верховную Жрицу предупредили, что два ребёнка умирали, а две женщины рождались. Верховная Жрица сама завязала нам глаза, и, держась за золотой обруч вокруг её талии, мы пошли с ней к священным прудам внутри пещеры. Только Верховные Жрицы знали их расположение. Эта тайна передавалась от одной Верховной Жрицы к другой. Мы пришли к прудам усталые и грязные от пути по лужам между сырыми стенами пещер. Всё путешествие нам не разрешалось говорить, а если бы мы потеряли золотой обруч, никто бы не дал его нам. Мы должны были найти его сами с повязками на глазах. Поэтому я и Зулия держались за обруч, как за саму жизнь.

У прудов нам было разрешено снять повязки с глаз. Нам было сказано раздеться и сжечь всю нашу одежду факелом, который держала Верховная Жрица. Затем она повела нас обеих в отдельные пруды на разных концах пещеры и предупредила, что мы НЕ должны общаться. И теперь нас оставляли одних с малым количеством еды и водой в пруде, чтобы она нас согревала и успокаивала. Зайдя каждая в свой пруд, мы поняли, что вода была теплой и бурлящей. Пар, поднимающийся от воды, согревал наши обнажённые тела. Я нашла удобный выступ у пруда, где я ждала и медитировала в течение моей первой крови. Впервые, с тех пор как мы встретились, я и Зулия не могли поделиться своим опытом. Я выразила намерение забыть о ней и сконцентрироваться на Богине.

«Когда месячные закончатся, позови меня в своих медитациях, и я приду, чтобы дать рождение новой женщины и представить её Сёстрам», – сказала Верховная Жрица. Больше не сказав ни слова, она взяла факел и оставила нас в полной темноте. Хотя мы держали нашу клятву и не разговаривали, нас ободряло, что мы были вместе. Мы были подобно близнецам, ожидающим рождения в одном чреве. Моя кровь кончилась на несколько дней раньше, чем у Зулии. Я погрузилась в медитацию и беззвучно позвала Верховную Жрицу. Вскоре она появилась. Каким-то образом она услышала мой зов. Я никогда не забуду ту радость, которую испытала, когда мне не завязали глаза по пути обратно.

Теперь я стала женщиной. Я полностью изменилась, хотя моя кожа ещё и ощущала тепло минеральных вод пруда. Мои сёстры приветствовали меня. Они расчесали и уложили мои волосы и нарядили меня в длинное платье с серебряным обручем вокруг талии, который можно было носить только женщинам. Моё короткое платье с веревочками-завязками лежало кучкой пепла у прудов. Однако моя радость затуманилась, потому что Зулии не было рядом со мной. Я боялась, что она чувствует себя брошенной и никогда не простит меня. Я знаю, что так и не простила себя. Наверное, надо было её подождать. Но я так не сделала. Такое я приняла решение, и уже не могла его изменить.

После того, как меня одели как женщину, с высокой причёской и длинным платьем, мне снова завязали глаза и все мои сёстры-Жрицы повели меня. Они хихикали и щебетали, как сотня птичек. Мы все были веселы и ожидали грандиозного сюрприза, пока шли по туннелям. И наконец они замолчали, и я почувствовала, что они наблюдают за моей реакцией, пока мы подходили к последнему повороту. У меня были завязаны глаза и я ничего не видела, но почувствовала теплый ветерок и мелодию прекрасных ароматов. Я поняла, что приближаюсь к открытому пространству, поскольку почувствовала свет через мою повязку.

Затем мои сёстры собрались вокруг меня и спели прекрасную песню. Мы называли её «Приветствие Женщине». В конце последнего припева они затихли и посерьёзнели. Откуда-то из прохода я ощутила, как пришла Верховная Жрица. Я научилась узнавать её по запаху во время путешествия к священным прудам. Верховная Жрица взяла мою руку и вывела к такому яркому свету, что моё лицо мгновенно вспыхнуло. Затем она стала передо мной и положила руки мне на плечи. Я чувствовала, как её глаза всматриваются в мою Душу.

– Клянёшься ли ты, Матиа, своей жизнью, что будешь хранить Тайну, открытую тебе?

– Да, – ответила я твёрдо.

– Матиа, – снова спросила она. – Клянёшься ли ты хранить до самой смерти тайну того особенного места, которое ты скоро увидишь?

– Да, клянусь жизнью унести эти тайны на Острова Блаженных в Загробном мире после смерти!

Верховная Жрица обняла меня и убрала мою повязку.

Все весело засмеялись, когда я открыла рот при виде, открывшемся мне. Многие годы я провела рядом или внутри пещеры. Я видела только отражённый свет. Он отражался от скал рядом со входом в пещеры или от свеч или масляных ламп. Но теперь я видела, куда бы ни посмотрела, восхитительную красоту. Богиня поцеловала эту долину и спрятала её только для своих Жриц.

– Это Свет Матери, – прошептала Верховная Жрица. – Если ты когда-либо заговоришь об этой долине с непосвящёнными, ты потеряешь часть этого Света. Мы храним Тайну Богини в этой долине. Идти против Матери значит идти против Тайны Жизни. Если кто-либо раскроет тайну этой долины, он должен для покаяния пожертвовать своей жизнью.

Я поклялась своей жизнью хранить эту тайну, и это было правдой. Моя мать захотела, чтобы я стала Жрицей, но и я полностью пришла к этому выбору. Я видела знатных женщин. Их красота была в их украшениях и одеждах, а не в глазах. Их сила была в слугах и рабах. Они быстро полнели в чрезмерной неге и стыде – стыде от того, что потеряли свою красоту, стыде от того, что их мужья открыто содержали любовников (и мужчин, и женщин), стыде от того, что потеряли себя, потому что потеряли связь с Великой Матерью. Цена этой потери была слишком велика. Я буду хранить Её тайны, Её силу и Её непорочность. Я всё равно не понимала, что за радость была в сексе, по крайней мере, тогда.

Позже я узнала, что пещера вела вглубь горы и открывалась в прекрасную изолированную долину, которую можно было достичь только сквозь пещеру или по горным пикам. Выход из пещеры в долину был много лет запечатан скалой, пока одна из первых Жриц не получила знания о там, как удалить камни. Когда последние камни были убраны, они увидели прекрасную, первозданную долину. Она стала тайной и только женщины, прошедшие их первую инициацию, знали о ней.

Долина была необходима для Жриц Дельфи, потому что даровала им свободу для их миссии. В долине они были свободны от посягательств, от простых горожан, и самое главное, свободны от мужчин, по крайней мере, от их доминирования. Когда-то все почитали Богиню. Они знали, что Богиня создала материю их земли и форму их тел. Все любили и уважали Её и землю, которая была Её телом. Все Её составляющие были равны. Животные, птицы, насекомые, растения и люди были равными гражданами Её царства.

Постепенно Богиню стали забывать. Времена менялись. Мужчины стали почитать своих богов войны и власти, и Богиня стала для них всё менее важной, так же как и женщины. Женщины стали имуществом мужчин, которые видели в них источник удовольствий и потомства. По сути, в те редкие случаи, когда мужчины консультировались у женщин, они обращались к Оракулам. Послушали бы они этих женщин, если бы спали с ними?

В давние времена, секс между мужчиной и женщиной был выражением Духовности. Это было посвящением их объединённых энергий Великой Богине. Мужчины и женщины воссоединялись в творческой силе Матери и порождали своей сексуальностью чудесную магию. А затем всё изменилось. Мужчины использовали половые связи как способ овладения женщиной. И женщины, которые быстро потеряли их способность выживать сами, без Света Богини, использовали секс, чтобы мужчины хотели заботиться о них. Поэтому Жрицы были девственницами. Причина была не в морали, чистоте, или даже силе, как хотели думать мужчины. Причина была в том, что их девственность давала им свободу. В долину не ступала нога мужчины. Женщины могли гулять по тропинкам полностью нагими, без страха осуждения или похоти.

После нашей церемонии перехода нам разрешили ходить вглубь пещеры, жить в чертогах Жриц и прислуживать старшим сёстрам. Зулия стала жить в Восточном крыле, а я в Западном. Мы стали очень заняты, выполняя свои обязанности. И хотя это разделение разбило нам сердце, мы как можно чаще убегали и тайно встречались. И всё же, что-то изменилось в наших отношениях после нашей инициации. Может быть, потому что мы были теперь женщинами, а до этого были детьми. Однажды, когда Верховная Жрица обучала нас, она попыталась нам это объяснить.

Теперь вы Жрицы, – сказала она. – Жрицам не полагается слишком привязываться к чему-либо или кому-либо. Наша сила происходит от нашей способности быть свободными от нужд и желаний, и наша свобода ограничена, если мы привязываемся к внешнему, а не внутреннему пиру. Когда-то Жрицы могли покидать Дельфи на два или три цикла семилетий, чтобы выйти замуж или родить детей. Однако, в последнюю сотню лет мы заметили, что покинувшие нас Жрицы не возвращаются назад, поскольку внушения патриархального мира стирают им память об их истинных я. Так мы потеряли многих могущественных Жриц. Поэтому мы поменяли правила. Мы теперь живём в другом мире. Мы, женщины, должны работать вместе, чтобы сохранить Свет Великой Матери!

Я не до конца поняла силу её слов. Я была молодой и неискушённой. Зулия также клялась, как и я, и чувствовала то же. Мы любили Богиню, и любили её тайны. Другая любовь не была нужна. Многие мужчины-греки полностью удовлетворялись собственным полом и открыто любили друг друга, когда приходили к Оракулу. Почему же женщины не могли так же поступать?

***

Я подрастала и проходила другие инициации. Я служила в чертогах Жрицы ещё три года. Тогда пришло время мне и другим сёстрам-Жрицам пойти в глубокую тьму пещеры и встретиться со своей внутренней тьмой. Два года мы не видели дневного света. Мы выходили только ночью, чтобы проводить Лунные ритуалы и возвращались в глубины пещер, чтобы продолжать наши уроки и глубокий самоанализ.

Когда я была ребёнком, моя жизнь была такой простой. У меня не было желаний, терзающих сердце, поскольку всё, в чём я нуждалась, было вокруг меня. Однако в это время у меня появились незнакомые желания, которые я не понимала. Я знала, что они как-то связаны с сексом, но я надеялась, что не только с ним. Они были связаны с любовью. Неожиданно любви Богини мне стало не хватать каким-то образом, и мне нужно было что-то из моей внешней жизни.

Не каждая женщина жертвовала своими личными желаниями ради духовного пути. У нас было животное тело, в котором жил дух, и оно желало размножаться и воспроизводиться. Я понимала, почему Жрица не могли рожать или вынашивать детей в мире, где женщины теряли силу с мужчинами, но меня стали возмущать ограничения выбранного мной пути. Почему я должна так многим жертвовать ради внутренней жизни? Разве я не была женщиной? В глубине пещер я просмотрела жизни, в которых имела любовников, мужей и детей, и всё же жертва казалась слишком значительной. Я искала внутри себя ответ и взывала к Внутренним Наставникам о помощи, но всё, что находила, причиняло мне ещё больше боли. Найду ли я когда-либо покой?

Я пробыла в пещере два года, изучила прошлые жизни и испытала рождение и смерть множество раз. Я выяснила, почему я выбрала этих родителей, причину, по которой я инкарнировала в эту жизнь. Я могла медитировать много дней подряд, без еды и воды, и могла ходить в полной тьме, только с помощью видения внутреннего света. Как я могла достичь всего этого, когда у меня в сердце до сих пор было столько сомнений и желаний?

Я чувствовала вину и стыд. Это было как лгать моим наставникам и товарищам. Я, хуже всего, я чувствовала, что лгу Богине! Мне нужно было покинуть Дельфи. Я не заслуживала, чтобы быть здесь. Я была почти готова уйти, когда у меня было видение, а точнее, меня навестила мой Внутренний Наставник, Паллада Афина, Богиня Правды. Я знала, что это не иллюзия, потому что она дотронулась до меня.

Однажды я не выдержала и решила уйти ночью, когда все уснут. Я не беспокоилась, чтобы не проспать, поскольку могла не спать совсем. Когда все наконец уснули, пробил мой час. Я знала, что буду трусливо красться в ночной глуши, но я не могла вынести ни минуты моего внутреннего хаоса. Возможно, если бы я побыла одна несколько дней, я смогла бы вернуться и подтвердить мой официальный уход. Я поднялась с коврика и выскользнула из спальни, как преступник. Затем случилось непостижимое. Я заблудилась в лабиринте пещер. Случилось невозможное!

Я жила в тех пещерах два года, и была уверена, что их, как свои пять пальцев. Теперь я понимаю, что моя Душа вмешалась и запутала моё бедное, раненное эго. Сначала я была уверенна, что найду выход, но вместо этого я двигалась вглубь неизвестной территории. Наконец я поняла, что полностью заблудилась. Возможно, это был лабиринт Последней Инициации, к которой я точно не была готова. Я умру здесь, в этом проходе и стану одним из скелетов, на которые я натыкалась, в то время как мой побег становился всё более и более безнадёжным.

Наконец я оказалась в незнакомой пещере. Вокруг входа там везде были сталактиты и сталагмиты. Когда я зашла внутрь, я увидела, что в пещере был большой пруд. И что самое удивительное, пещера была заполнена светом. Это был не прямой свет, подобный солнечному, а скорее отражённый свет Луны. Как такое могло быть? Скорей всего я была глубоко под поверхностью земли. Там точно не могло быть отверстия для внешнего света. И тем не менее, пещера была заполнена светом. Я огляделась, чтобы найти источник этого таинственного света. Казалось, что свет был ярче на другом берегу. Обходить озеро, всё же, было бы трудно, поскольку стены пещеры поднимались прямо из воды без малейшего выступа, по которому было бы возможно ползти. Мне пришлось бы зайти в эту неизвестную воду, чтобы найти источник света.

Я могла бы покинуть пещеру, но поскольку я совершенно заблудилась и всё равно умерла бы, я решила быть бесстрашной и зайти в воду. Если я должна была умереть в воде, по крайней мере это был бы акт храбрости, а не трусости. Я зашла в воду медленно и осторожно. Моя одежда вскоре стала мешать мне двигаться, я мне пришлось выбраться из воды и снять её. Температура воды была точно такая же, как моя кожа и ощущалась как жидкая кожа. Она была плотнее, чем обычная вода и полностью тёмная. Возможно, это была не вода, а другая жидкость, с которой я раньше не сталкивалась.

Я держала голову над водой и держалась за край пруда, за маленькие камушки и гребни, окружающие его. Также я старалась держаться как можно ближе к поверхности, поскольку была не такой смелой, чтобы встретиться с возможными обитателями кромешной тьмы вокруг меня. Наконец я достигла другого берега. Я выбралась из воды, при этом поцарапав кожу о шершавые камни. Теперь я была голой, в крови и очень напугана. Однако на этой стороне свет был ярче и я заметила маленькую тропинку, которая вела в свет. Я пошла по ней.

Постепенно я стала слышать звуки, похожие на нежный инструмент или человеческий голос. Звуки были чисты и прекрасны, непохожие на всё, что я раньше слышала. Мы учились исцелять цветом и звуком, но эти звуки выходили за рамки моего знания. И свет тоже начал меняться. Раньше он был похож на жемчужный белый свет, подобный лунному, а теперь в нём появились другие цвета. Наконец, все цвета спектра, а также и невиданные цвета, стали танцевать и кружиться в лучах света, за которыми я следовала. Этот свет и звуки каким-то образом показались мне знакомыми. Они напоминали о чем-то, что я знала в бессознательных глубинах моей головы.

Поглощенная в свет и звук, мой страх был вытеснен спокойствием и миром, о которых я забыла, войдя в пещеры. Мои царапины перестали кровить, а мои физические, эмоциональные и ментальные раны стали заживать. Сердце стало светлым и радостным, сомнения и вина ушли. Я упала на землю и поблагодарила Богиню.

– О, Любимая Мать, если я должна теперь умереть, я благодарю тебя за то, что ты позволила мне умереть так. Я наконец обрела мир и я доверяю своё тело, сердце, ум и дух тебе. В глубочайшей любви и благодарности, я отдаю тебе свою жизнь.

И тогда я её увидела. Это была Богиня Афина. Она вышла из-за моего последнего поворота на тропинке и стояла передо мной, полная Любви и Величия.

– Поднимись, дорогая моя. Мои жрицы не преклоняют колен на земле, а стоят гордо, полные достоинства и силы.

– Твои жрицы? – спросила я в уме. Что бы это значило?

– Я выбрала тебя быть посланницей Богини, а ты вопрошаешь меня, позволяя сомнению и неуверенности войти в твоё сердце?

– О нет, Богиня. Я не сомневаюсь в тебе. Я доверяю свою жизнь служению тебе и Истине, которую ты представляешь. Из всех Богинь, к которым я взывала, ты всегда затрагивала меня сильнее других. Я много раз встречалась с тобой во сне и приносила многие подношения к твоему святилищу. Стать твоей посланницей будет величайшей честью для меня.

– Будет ли это важней, чем завести мужа, детей и жить вне Храма?

– Да, да! – говорила я без тени сомнения или замешательства. Теперь, жизнь в служении мужу и семье казалась такой незначительной, когда я могла служить самой Богине. – С любовью, я полностью принимаю эту возможность.

И вот тогда Афина Паллада прикоснулась ко мне. Она взяла одежду из-за близ лежащего камня. Одежда была цвета лунных лучей, и когда колыхалась, сияла всеми цветами радуги, и другими тоже. Афина подошла ко мне, и своими руками надела её на меня и застегнула её на моём левом плече серебряной булавкой в виде совы, символа её мудрости. А затем она дала мне украшение, которое я ношу и по сей день. Она осторожно поместила аметист на моё сердце и наказала всегда носить его.

Первой моей мыслью было то, что я могу испортить этот чудесный наряд в тёмной воде, когда буду плыть обратно. Она улыбнулась и сказала, что есть и другой путь, не наполненный тьмой и страхом. – Следуй за моим светом, Дорогая, и путь откроется тебе.

Я попыталась склониться перед ней, но она не позволила мне.

– Ты посланница Богини, и не должна склоняться ни перед кем!

И с этими словами, Афина Паллада снова зашла за поворот. Когда я посмотрела ей вслед, она уже исчезла. Но её свет и голос были во мне. Я не знаю, как долго я возвращалась, но весь путь я шла по её свету и слышала её голос. Она рассказала мне о многих Тайнах, которых я никому не могу открыть. Когда я наконец вышла из лабиринта, я увидела пещеру, где Оракулы давали свои предсказания всем просящим совета.

В центре пещеры было большое отверстие, ведущее к Сердцу Матери, Леди Гайи. Никто не знал, насколько глубоко это отверстие. Если бросить туда камень, не было слышно, когда он достигает дна. Иногда оттуда поднимался поток пара, иногда там было очень тихо. Над этим отверстием был выточен мост, а на нём стояло большой кресло у самого центра отверстия Матери. На восходе, Жрицы поднимались по лестнице с восточной стороны кресла, а на закате спускались по лестнице с западной стороны.

Это было кощунством взобраться по изогнутой лестнице и сесть в золотое кресло Оракула без разрешения Верховной Жрицы. Для меня тогда это было неважно. Великий голос Афины говорил мне, что делать, и я слышала её голос поверх голосов людей. Я не знаю, сколько я просидела в кресле, поскольку ни время, ни пространство не ограничивало моё тело. Я путешествовала по внутренним галактикам и усвоила много уроков. Когда меня увидела Верховная Жрица, по моему Свету и наряду она узнала, что у меня было разрешение от сил более могущественных, чем она сама. Я прошла инициацию, о которой даже не подозревала, и стала полноправным Оракулом Дельфи.

Много лет я была Оракулом. Мы работали Оракулами с новолуния до последнего дня полнолуния. Затем, когда Луна начинала убывать в свою темноту, мы вставали с кресел и проводили дни в саморазвитии и помощи другим. Мужчины, приходившие к нам, хотели, чтобы мы постоянно служили им, но мы отказывались. У нас была наша сила, поскольку мы были Жрицами, и они НЕ могли заставить нас делать то, чего мы не хотели. Мы были одним из последних бастионов женской силы, и знали об этом. Мы взяли на себя ответственность за всех женщин.

Мы решали, кто будет сидеть в кресле, определяя, насколько биоритмы каждой совпадали с биоритмами Матери. Мы составляли звёздные диаграммы, использовали маятник, читали по картам, и делали многое другое. Зулия и я оставались близкими друзьями. Мы не были больше привязаны друг к другу, как дети, но часто были вместе во время отдыха, и помогали определять биоритмы друг друга. Зулия особенно хорошо гадала по картам, а у меня лучше всего получались звёздные диаграммы. Сомнения, терзавшие меня в юные годы, покинули меня. Я ощущала себя целостной и находилась в мире со своей судьбой. Но однажды кое-что произошло.

Днём Зулия гадала мне, и мимоходом поинтересовалась, была ли я тогда на пороге главного решения. И неожиданно, впервые за всё время, я вспомнила предсказание моего детства. И также осознала, что оставалось всего пара дней до моего двадцать пятого дня рождения. Глубокий ужас охватил меня. Это ужас был настолько неуместным в той ситуации, что я ответила что-то незначащее, резко покинула комнату и побежала через пещеры к секретной долине. У каждой из старших Жриц было особенное место, которое они сами выбрали для себя, где могли побыть в уединении и выращивать травы и цветы. Когда я прибежала в долину, я пошла в своё особенное место, чтобы успокоить моё сердце и разум.

Как я могла забыть, что в это время меня ждало особое испытание, и почему я так ужаснулась этому? Я контролировала почти всю себя. Как могла я оставить такую дыру в своём сознании? Я пыталась погрузиться в себя, но мои чувства были так сильны, что закрыли дверь к моему сердцу. Я всегда знала, что работа с землёй и растениями Матери заземляла меня и так я легче общалась с Богиней. Поэтому я взяла свои садовые инструменты. Я усердно занималась своим садоводством, отрывая засохшие цветы и листья, пропалывая сорняки, поливая и собирая нужные мне цветы и травы. Так, незаметно для меня, пролетело время. Как я снова смогла уйти от больного вопроса?

– Нет, дорогая моя, – послышался чудесный и ясный голос Богини Афины Паллады. – Ты не сумеешь спрятаться от этого испытания. Ты не должна осуждать себя или своё решение. Это было запланировано на высших уровнях в согласии с тобой. А теперь слушай своё сердце, и твой путь будет тебе показан.

Затем моя Любимая Афина объяла меня в свою сущность и повела на те высшие уровни, о которых говорила. Когда я вернулась в физический мир, Солнце начало заходить. Я не помнила, где была, но чувствовала уверенность и спокойствие. Я ещё не знала, что за испытание ждёт меня, или ко мне надо было поступить. Однако я посвятила мою жизнь служению Богине, и я доверилась ей, чтобы она показала мне мой Путь.

Настало время вернуться к повседневной жизни и ожидать свою судьбу. Поскольку мы были окружены цепью гор, ночь наступила быстро, а я была вся в земле после моего садоводства. Я поменяла свой маршрут так, чтобы помыться у пруда на в южной части долины. Эта часть долины была вдали от основных тропинок, и туда редко ходили, поскольку вода была и в более удобных для нас местах. А я как раз наслаждалась одиночеством и пока не была готова встретиться с моими Сёстрами.

Я пришла к пруду, сняла перепачканную одежду и стала купаться. Вода была чистой и нежной, и я приняла долгую, роскошную ванну. Наконец я встала из воды и начала одеваться. И тогда я услышала что-то, похожее на стон. Я пошла на звук, и к великому изумлению, обнаружила МУЖЧИНУ в луже крови. Я была на самом краю долины, где она граничила с острыми зубцами скал. Я видела в угасающем свете дня, что мужчина упал с высоких скал в нашу секретную долину. Как мне поступить? Ни один мужчина не должен был знать об этом месте. Но я точно не могла его убить или оставить умирать здесь. Я потащила бесчувственного мужчину к краю воды и промыла его раны, порвала часть моей одежды, чтобы перевязать раны. Как будто Богиня заранее знала, у меня были с собой как раз те травы, которые мне понадобились сейчас. К счастью, он не пришёл в себя, когда я завязывала ему глаза кусками своего платья. Он не должен знать о нашей долине.

Я могла только надеяться, что он не проснётся, пока я буду тащить его в пещеры. Возможно, его раны будут такими сильными, что он забудет, что упал в нашу тайную долину. Мы обучались перемещению больных и раненных, поскольку все мы получали основы искусства исцеления. Я проверила, не сломана ли у него шея. Похоже, что перелома шеи не было среди всех его многочисленных травм. Мне можно было попытаться перетащить его. Я завернула его в остатки своей одежды, как в мешок, оставив только руки. Я взяла его одной рукой под туловищем, одной рукой поперёк и притащила его в пещеры.

Он очнулся до того, как я достигла пещер, но у него не было сил снять повязку с лица. Я соврала ему, что повязка была из-за раны на голове, а его сознание было слишком затуманено, чтобы проверить. Он получил сильный удар по голове. По виду высохшей крови на теле, он был в долине уже много часов. Я только могла надеяться, что он не вспомнит то, что видел.

Поднялось страшное волнение, когда я притащила раненного мужчину в пещеру из тайной долины. Я так устала, что практически бросила его, как только дотянула его до входа. Моментально появились другие Сёстры, чтобы перенести его в наше лечебное крыло. Там было много целителей, более опытных чем я, чтобы позаботиться о нём. Так почему же я не забыла о нём? Почему я сразу же пошла с ними, быстро схватив сменную одежду? Целители и я всю ночь возились с мужчиной. Он поломал обе ноги и левую руку в трёх местах. У него был страшный ушиб головы. У него было кровотечение из носа и его рвало, несмотря на то, что желудок был совсем пуст. Три дня мы занимались им. Я была удивлена, обнаружив, что недооценивала свои целительские навыки. Возможно, это и было решением. Возможно, я должна была стать целителем, а не Оракулом.

Позже я поняла, что сделала большую ошибку, оставаясь с ним так долго. Говорят, что если спасаешь чью-то жизнь, спасённый становится привязанным к тебе. Со мной всё произошло наоборот. Увлечённая его лечением, я породила в себе болезнь. Поскольку Микеал был молодой и сильный, он выздоравливал на удивление быстро. Он был любимцем всего Лечебного крыла, но, к сожалению, смотрел только на меня. Я не знаю, почему он так влюбился в меня. Он не мог знать, что я нашла его, если, конечно, кто-то не сказал. Я не знала, как быть с его любовью. Я давно решила, что посвящу свою жизнь Матери и Богине Афине Палладе. Но любовь из сердца Микеала заставляла меня вновь усомниться в своём решении. Я проводила бесчисленные часы у алтаря Афины Паллады в ожиданиях. Но она не говорила со мной. Я много раз анализировала и думала над её словами в долине, и постоянно пыталась вспомнить моё путешествие в высшие сферы. Бесполезно!

Я поняла, что с каждым днём всё больше думаю о Микеале. Я начала его избегать, что вызвало только, что он быстрее встал на костыли, чтобы найти меня. Если бы он вёл себя как глупый щенок, я бы быстро забыла его. Однако, едва балансируя на костылях и преследуя меня по залам пещер, даже тогда он оставался полным достоинства и мужественности. Наконец однажды он сказал, что больше не будет искать меня. Если я хотела его видеть, я знала, где его найти. Моё сердце разбилось, пока он ковылял от меня, возможно, навсегда. Я хотела бежать за ним и пойти с ним до края Земли. Но я была сильной. Но так ли это? Моя работа стала страдать. Мои чтения на кресле стали запутанными и туманными, а остальные обязанности выполнялись спустя рукава. Наконец, Высшая Жрица позвала меня на личную консультацию.

– Дорогая моя Матиа, ты думаешь, общество Оракулов не видит, что с тобой происходит?

Я посмотрела на неё с тем неведением, который проявляет только человек, обманывающий сам себя.

– Любимая Богиня! Ты даже не знаешь, что с тобой не так?

Я потрясла головой, надеясь, что это движение не заставит слёзы на глазах пролиться.

– Дорогая моя, – заговорила она, нежно касаясь моей руки. – Ты любишь Микеала.

Услышав правду, которую я скрывала от себя так долго, я разразилась слезами. Я упала на колени перед Верховной Жрицей, рыдая. Она позволила мне уткнуться ей в колени и нежно гладила мои волосы, пока я выплакивала мою боль и смятение.

Наконец, когда я больше не могла плакать, я поднялась, чтобы сесть рядом с ней.

– Что мне делать? – это было всё, что я могла сказать.

– В общем, я знаю только, что в таком состоянии от тебя мало толку. Удели себе время, чтобы разобраться со своим сердцем. И запомни, что с решением, которое ты примешь, ты будешь жить очень долго, возможно, всю оставшуюся жизнь.

Я кивнула и поцеловала Кольцо Верховной Жрицы.

– А теперь иди. Мы ещё поговорим, когда ты подумаешь о своей ситуации. Взывай к Богине. Она многое знает о любви и поможет тебе, если ты позволишь ей.

Когда я ушла от Верховной Жрицы, я знала, что нужно поговорить с Микеалом. Я пошла в Спальное крыло, чтобы освежиться и переодеться. Я нашла Микеала не в Лечебном крыле, а на солнечных полях за крылом, он играл с собакой. Он посмотрел на меня, когда собака побежала за брошенной палкой. На его лице не появилось ни капли удивления. Он знал, что я приду!

– Это моя собака. Она провёла меня в вашу долину и к тебе.

Я подбежала к нему, чтобы он замолчал.

– Не говори так. Мы нашли тебя на краю скал рядом с пещерами.

– Почему все говорят мне об этом? Я ничего не говорил, поскольку полагаю, что ложь, которую мне все твердят, имеет под собой причину. Я не хочу, чтобы ты попала в беду. Ты не должна была там находиться?

– Почему ты думаешь, что ты был в долине? – Я надеялась, что я могла ещё убедить его в нашей лжи.

– Дорогая Матиа, я помню, как упал. Моя собака, которая снова меня нашла, побежала за маленьким зверьком и застряла на краю скалы. Подъём был крутым, но я был здоров и пошёл её спасать. После того, как я вызволил её, я увидел, что я остался один. Я никак не мог спуститься, поэтому мне пришлось взбираться всё выше и выше, чтоб найти путь вниз. Когда я поднялся на вершину, я увидел прекрасную долину на другой стороне. К сожалению, я был так очарован видом, что не заметил, как потерял почву под ногами.

– И я упал прямо вниз. Я не знаю, тот вопль, который я слышал, был мой или собаки. Меня несколько раз швыряло о скалы, пока я не отключился. Когда я очнулся, увидел, что уже было не утро, а день, и что я не мог двигаться. Я увидел небольшой пруд неподалёку, но я мог дотащить себя одной неповреждённой конечностью только в тенёк, под куст, где ты нашла меня. Я лежал там, отключаясь и приходя в сознание, пока ты не пришла, чтоб спасти меня. Я не был удивлён, когда заглянул тебе в глаза, когда ты наклонилась ко мне. Я ждал тебя весь день.

– О чём ты говоришь? Я не знала, что ты там, пока не нашла тебя, – ответила я, забыв, что надо продолжать лгать о долине.

Микеал на своих костылях подошёл поближе и своей здоровой рукой дотронулся до моего лица. Заглянув мне в глаза, он сказал:

– Когда я лежал там, на краю жизни и смерти, я слышал твой голос. «Я иду», «я иду». Ты снова и снова звала меня. Какой нежный и чудесный голос, – думал я своим туманным сознанием и открытым сердцем. Только сама Богиня могла обладать таким голосом. А затем ты нашла меня, и успокаивала таким же голосом. Я не знал, на этом ли я свете или на том, но это было неважно. Я нашёл свою Любимую.

Нет, нет! – закричала я. – Это был голос Богини Афины Паллады. Она тоже звала меня. Это её ты слышал, не меня. Она привела меня к пруду. Она – это та, кого ты любишь. Я не свободна. Я Жрица. У меня не должно быть в жизни мужчины. Я посвятила себя Богине.

Я поняла, что близка к истерике. Он обнял меня своей сильной рукой и притянул к себе. Я приникла к нему, а он ко мне.

– Возможно, голос Богини звал меня, – прошептал он мне, – но я слышал твой голос!

ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕКСТА -

http://novayarealnost.ucoz.ru/publ/arkturianskij_koridor_shag_14_istorii_iniciacij_prodolzhenie/20-1-0-444

 

 

 

 

 

Категория: АРКТУРИАНСКИЕ Связи | Добавил: GALAKTIKA (16.04.2015)
Просмотров: 259 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]